Братья Стругацкие - романы, повести, рассказы  
Главная
Аркадий Стругацкий
Борис Стругацкий
Общая биография
Оставить отзыв
Обратная связь
Статьи

Новые материалы

[26-06-2017] Что из себя представляют игровые автоматы...

[22-06-2017] Представляем гемблинг премиум класса «Вулкан...

Контекст:
 

Братья Стругацкие

Романы > Стажеры > страница 11 - Глава 3. Марс. Астрономы

Страницы: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 31, 32, 33, 34, 35, 36, 37, 38, 39, 40, 41, 42, 43, 44, 45, 46, 47, 48, 49, 50, 51, 52, 53, 54, 55, 56, 57, 58, 59,

Глава 3. Марс. Астрономы


    Матти, прикрыв глаза от слепящего солнца, смотрел на дюны. Краулера видно не было. Над дюнами стояло большое облако красноватой пыли, слабый ветер медленно относил его в сторону. Было тихо, только на пятиметровой высоте шелестела вертушка анемометра. Затем Матти услыхал выстрелы — "пок, пок, пок, пок", — четыре выстрела подряд.
    — Мимо, конечно, — сказал он.
    Обсерватория стояла на высоком плоском холме. Летом воздух всегда был очень прозрачен, и с вершины холма хорошо просматривались белые купола и параллелепипеды Теплого Сырта в пяти километрах к югу и серые развалины Старой Базы на таком же плоском высоком холме в трех километрах к западу. Но сейчас Старую Базу закрывало облако пыли. "Пок, пок, пок", — снова доносилось оттуда.
    — Стрелки, — горестно сказал Матти. Он осмотрел наблюдательную площадку. — Вот подлюга, — сказал он.
    Широкоугольная камера была повалена. Метеобудка покосилась. Стена павильона телескопа была забрызгана какой-то желтой гадостью. Над дверью павильона зияла свежая дыра от разрывной пули. Лампочка над входом была разбита.
    — Стрелки, — повторил Матти.
    Он подошел к павильону и ощупал пальцами в меховой перчатке края пробоины. Он подумал о том, что может натворить разрывная пуля в павильоне, и ему стало нехорошо. В павильоне стоял очень хороший телескоп с прекрасно исправленным объективом, регистратор мерцаний, блинк-автоматы — аппаратура редкая, капризная и сложная. Блинк-автоматы боятся даже пыли, их приходится закрывать герметическим чехлом. А что может сделать чехол против разрывной пули?
    Матти не пошел в павильон. "Пусть они сами посмотрят, подумал он. — Сами стреляли, пусть сами и смотрят". Честно говоря, ему было просто страшно заходить туда. Он положил карабин на песок и, поднатужась, поднял камеру. Одна нога треножника была погнута, и камера встала криво.
    — Подлюга! — сказал Матти с ненавистью. Он занимался метеоритными съемками, и камера была его единственным инструментом. Он пошел через всю площадку к метеобудке. Пыль на площадке была изрыта, Матти со злостью топтал характерные округлые ямы — следы "летучей пиявки". "Почему она все время лезет на площадку? — думал он. — Ну, ползала бы вокруг дома. Ну, вломилась бы в гараж. Нет, она лезет на площадку. Человечиной здесь пахнет, что ли?"
    Дверца метеобудки была погнута и не открывалась. Матти безнадежно махнул рукой и вернулся к камере. Он свинтил камеру, с трудом снял ее и кряхтя положил на разостланный брезент. Потом он взял треногу и понес в дом. Он поставил треногу в мастерской и заглянул в столовую. Наташа сидела у рации.
    — Сообщила? — спросил Матти.
    — Ты знаешь, у меня просто руки опускаются, — сердито сказала она. — Честное слово, проще сбегать туда.
    — А что? — спросил Матти.
    Наташа резко повернула регулятор громкости. Низкий усталый голос загудел в комнате: "Седьмая, седьмая, говорит Сырт. Почему нет сводки? Слышите, седьмая? Давайте сводку!" Седьмая забубнила цифрами.
    — Сырт! — сказала Наташа. — Сырт! Говорит первая!
    — Первая, не мешайте, — сказал усталый голос. — Имейте терпение.
    — Ну вот, пожалуйста, — сказала Наташа и повернула регулятор громкости в обратную сторону.
    — А что ты, собственно, хочешь им сообщить? — спросил Матти.
    — Про то, что случилось, — ответила Наташа. — Ведь это чепе.
    — Ну уж и чепе, — возразил Матти. — Каждую ночь у нас такое чепе.
    Наташа задумчиво подперла кулачком щеку.
    — А знаешь, Матти, — сказала она, — ведь сегодня первый раз пиявка пришла днем.
    Матти всей горстью взялся за физиономию. Это была правда. Прежде пиявки приходили либо поздно ночью, либо перед самым восходом солнца.
    — Да, — сказал он. — Да-а-а. Я это понимаю так: обнаглели.
    — Я это тоже так понимаю, — заметила Наташа. — Что там, на площадке?
    — Ты лучше сама сходи посмотри, — сказал Матти. — Камеру мою изуродовало. Мне сегодня не наблюдать.
    — Ребята там? — спросила Наташа.
    Матти замялся.
    — Да, в общем там, — сказал Матти и неопределенно махнул рукой.
    Он вдруг представил себе, что скажет Наташа, когда увидит пулевую пробоину над дверью павильона.
    Наташа снова повернулась к рации, и Матти тихонько прикрыл за собой дверь. Он вышел из дома и увидел краулер. Краулер летел на предельной скорости, лихо прыгая с бархана на бархан. За ним до самых звезд вставала плотная стена пыли, и на этом красно-желтом фоне очень эффектно выделялась могучая фигура Пенькова, стоявшего во весь рост с упертым в бок карабином. Вел краулер, конечно, Сергей. Он направил машину прямо на Матти и намертво затормозил в пяти шагах. Густое облако пыли заволокло наблюдательную площадку.
    — Кентавры, — сказал Матти, протирая очки. — Лошадиная голова на человеческом туловище.
    — А что? — сказал Сергей, соскакивая. За ним неторопливо спустился Пеньков.
    — Ушла, — сказал он.
    — По-моему, ты в нее попал, — сказал Сергей.
    Пеньков важно кивнул.
    — По-моему, тоже, — сказал он.
    Матти подошел к нему и крепко взял за рукав меховой куртки.
    — А ну-ка пойдем, — сказал он.
    — Куда? — осведомился Пеньков, сопротивляясь.
    — Пойдем, пойдем, стрелок, — сказал Матти. — Я тебе покажу, куда ты попал наверняка.
    Они подошли к павильону и остановились перед дверью.
    — Ух ты, — сказал Пеньков.
    Сергей, не говоря ни слова, кинулся внутрь.
    — Наташка видела? — быстро спросил Пеньков.
    — Нет еще, — сказал Матти.
    Пеньков с задумчивым видом ощупывал края дыры.
    — Это так сразу не заделаешь, — сказал он.
    — Да, запасного павильона на Сырте нет, — ядовито сказал Матти.
    Месяц назад Пеньков, стреляя ночью в пиявок, пробил метеобудку. Тогда он отправился на Сырт и где-то достал там запасную. Пробитую будку он спрятал в гараже.
    Сергей крикнул из павильона:
    — Кажется, все в порядке!
    — А есть там выходное отверстие? — спросил Пеньков.
    — Есть…
    Раздалось мягкое жужжание, крыша павильона раздвинулась и сдвинулась снова.
    — Кажется, обошлось, — объявил Сергей и вылез из павильона.
    — А у меня треногу помяло, — сказал Матти. — А метеобудку так покалечило, что придется опять новую доставать.
    Пеньков мельком взглянул на будку и снова уставился на зияющую дыру. Сергей стоял рядом с ним и тоже смотрел на дыру.
    — Будку я выправлю, — уныло сказал Пеньков. — А вот что с этим делать…
    — Наташа идет, — негромко предупредил Матти.
    Пеньков сделал движение, как будто собирался куда-то скрыться, но только втянул голову в плечи. Сергей быстро заговорил:
    — Здесь пробоина небольшая, Наташенька, но это ерунда, мы ее сегодня же быстро заделаем, а внутри все цело…
    Наташа подошла к ним, взглянула на пробоину.
    — Свиньи вы, ребята, — тихо сказала она.
    Теперь скрыться куда-нибудь захотелось всем, даже Матти, который был совсем ни в чем не виноват и выбежал на площадку последним, когда уже все кончилось. Наташа вошла в павильон и зажгла свет. В раскрытую дверь было видно, как она снимает футляры с блинк-автоматов. Пеньков длинно и тоскливо вздохнул. Сергей тихонько сказал:
    — Пойду загоню машину.


 

© 2009-2017 сайт посвящен творчеству Аркадия и Бориса Стругацких

Главная | Аркадий | Борис | Биография | Отзывы | Обратная связь