Братья Стругацкие - романы, повести, рассказы  
Главная
Аркадий Стругацкий
Борис Стругацкий
Общая биография
Оставить отзыв
Обратная связь
Статьи

Новые материалы

[17-11-2017] Вулкан 24 – это официальный сайт игровых...

[16-11-2017] Официальный сайт с игровыми автоматами Фараон

[15-11-2017] Рабочее и всегда доступное зеркало клуба...

[11-11-2017] В казино Вулкан 24 вас ждет азарт и буря...

Контекст:
Удобные кухни шкаф купе на заказ цена www.mebelhit.ru.
 

Братья Стругацкие

Повести > Попытка к бегству > страница 24

Страницы: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30,


    — Кто делает чертежи?
    — Не знаю.
    — Верю. Кто привозит чертежи?
    — Большие начальники на птицах.
    — Имеются в виду наши знакомые птички, — пояснил Вадим. — Наверное, здесь их приручают.
    — Кому нужны машины?
    — Великому и могучему утесу, сверкающему бою, с ногой на небе, живущему, пока не исчезнут машины.
    — Что он делает с машинами?
    — Кто?
    — Утес.
    На лице пленника изобразилось смятение.
    — Это же должность, Саул, — сказал Вадим. — Говорите полностью.
    — Хорошо. Что делает с машинами Великий и могучий утес, с ногой на небе… или на земле? Тьфу, черт, не помню… живущий, пока… это…
    — Пока не исчезнут машины, — подсказал Вадим.
    — Бессмыслица какая-то, — сердито сказал Саул. — При чем тут машины?
    — Это титулование, — пояснил Вадим. — Символ вечности.
    — Слушайте, Вадим, спросите его, что он делает с машинами?
    — Кто?
    — Да утес же, черт бы его побрал!
    — Говорите просто, — сказал Вадим. — Великий и могучий утес.
    Саул отдулся и положил трубку на стол.
    — Итак, что делает с машинами Великий и могучий утес?
    — Никто не знает, что делает Великий и могучий утес, — с достоинством произнес пленник.
    Антон не выдержал и засмеялся. Вадим хохотал, держась за подлокотники. Пленник глядел на них со страхом.
    — Откуда привозят чертежи?
    — Из-за гор.
    — Что за горами?
    — Мир.
    — Сколько в мире людей?
    — Очень много. Сосчитать невозможно.
    — Кто привозит машины?
    — Преступники.
    — Откуда?
    — С твердой дороги. Там очень много машин. — Пленник подумал и добавил: — Сосчитать нельзя.
    — Кто делает машины?
    Хайра удивленно улыбнулся.
    — Машины никто не делает. Машины есть.
    — Откуда они взялись? Хайра произнес речь. Он тер лицо, гладил себя по бокам и поглядывал на потолок. Он закатывал глаза и временами даже принимался петь. Получалось приблизительно следующее.
    Давным-давно, когда еще никто не родился, с красной луны упали большие ящики. В ящиках была вода. Жирная и липкая как варенье. И она была темно-красная, как варенье. Сначала вода сделала город. Потом она сделала в земле две дыры и наполнила эти дыры дымом смерти. Потом вода стала твердой дорогой между дырами, а из дыма родились машины. С тех пор один дым рождает машины, а другой дым глотает машины, и так всегда будет.
    — Ну, это мы и без тебя знаем, — сказал Саул. — А если преступники не захотят двигать машины?
    — Их убивают.
    — Кто?
    — Стражники.
    — И ты убивал?
    — Я убил троих, — гордо ответил Хайра.
    Антон закрыл глаза. Мальчишка, подумал он. Славный, симпатичный мальчишка. И он говорит об этом с гордостью…
    — Как же ты их убивал? — спросил Саул.
    — Одного я убил мечом. Я доказывал начальнику, что могу разрубить тело одним ударом. Теперь он знает, что я это могу. Другого я убил кулаком. А третьего я приказал сбросить мне на копье.
    — Кому приказал?
    — Другим преступникам.
    Некоторое время Саул молчал.
    — Скучно, — сказал пленник. — Служба гордая, но скучная. Нет женщин. Нет умных бесед. Скучно, — повторил он и вздохнул.
    — Почему преступники не бегут?
    — Они бегут. Пусть. На равнине снег и птицы. В горах стража. Умные не бегут. Все хотят жить.
    — Почему у некоторых золотые ногти?
    Пленник сказал шепотом:
    — Это были люди большого богатства. Но они хотели странного, а некоторые даже пытались сменить Утес. Они отвратительны, как падаль, — сказал он громко. — Великий и могучий Утес, сверкающий бой присылает их сюда со всеми родными. Кроме женщин, — прибавил он с сожалением.
    — Вы знаете, — сказал Саул, — я испытываю огромное желание повесить сначала его, а потом всех остальных носителей мечей и копий на этой равнине. Но это, к сожалению, бесполезно. — Он снова набил трубку. — У меня больше нет вопросов. Спрашивайте вы, если хотите.
    — Нас нельзя вешать, — быстро сказал побледневший Хайра. — Великий и могучий утес, с ногой на небе жестоко накажет вас.
    — Плевать я хотел на твоего Великого и могучего, — сказал Саул, раскуривая трубку. Пальцы его дрожали. — Будете еще спрашивать, или нет?
    Антон помотал головой. Никогда в жизни он не испытывал такого отвращения. Вадим подошел к Хайре и сорвал с его висков мнемокристаллы.
    — Что будем делать? — спросил он.
    — Таков человек, — задумчиво проговорил Саул. — На пути к вам он должен пройти через это и многое другое. Как долго он еще остается скотом после того, как поднимается на задние лапы и берет в руки орудия труда. Этих еще можно извинить, они понятия не имеют о свободе, равенстве, братстве. Впрочем, это им еще предстоит. Они еще будут спасать цивилизацию газовыми камерами. Им еще предстоит стать мещанами и поставить свой мир на край гибели. И все-таки я доволен. В этом мире царит средневековье, это совершенно очевидно. Все это титулование, пышные разглагольствования, золоченые ногти, невежество… Но уже теперь здесь есть люди, которые желают странного. Как это прекрасно — человек, который желает странного! И этого человека, конечно, боятся. Этому человеку тоже предстоит долгий путь. Его будут жечь на кострах, распинать, сажать за решетку, потом за колючую проволоку… Да, — он помолчал. — А какова затея! — воскликнул он. — Овладеть машинами, не имея никакого представления о машинах! Представляете? Какой это был дерзкий ум! Сейчас-то его, конечно, посадили бы в лагерь. Сейчас это все рутина, что-то вроде обряда в честь могучих предков… Сейчас, наверное, никто и не знает и знать не хочет, для чего все это нужно. Разве что как повод для создания лагеря смерти. А когда-то это была идея…
    Он замолчал и стал усиленно сипеть трубкой. Антон сказал:
    — Ну зачем же так мрачно, Саул? Им вовсе не обязательно проходить через газовые камеры и прочее. Ведь мы уже здесь.
    — Мы! — Саул усмехнулся. — Что мы можем сделать? Вот нас здесь трое, и все мы хотим творить добро активно. И что же можем? Да, конечно, мы можем пойти к великому утесу этакими парламентерами от разума и попросить его, чтобы он отказался от рабовладения и дал народу свободу. Нас возьмут за штаны и бросят в котлован. Можно напялить белые хламиды — и прямо в народ. Вы, Антон, будете Христос, вы, Вадим, апостолом Павлом, а я, конечно, Фомой. И мы станем проповедовать социализм и даже, может быть, сотворим несколько чудес. Что-нибудь вроде нуль-транспортировки. Местные фарисеи посадят нас на кол, а люди, которых мы хотели спасти, будут с гиком кидать в нас калом… — Он поднялся и прошелся вокруг стола. — Правда, у нас есть скорчер. Мы можем перебить стражу, построить голых в колонну и прорваться через горы, сжечь сюзеренов и вассалов вместе с их замками и пышными титулами, и тогда города фарисеев превратятся в головешки, а вас поднимут на копья или, скорее всего, зарежут из-за угла, а в стране воцарится хаос, из которого вынырнут какие-нибудь саддукеи. Вот что мы можем.


 

© 2009-2017 сайт посвящен творчеству Аркадия и Бориса Стругацких

Главная | Аркадий | Борис | Биография | Отзывы | Обратная связь