Братья Стругацкие - романы, повести, рассказы  
Главная
Аркадий Стругацкий
Борис Стругацкий
Общая биография
Оставить отзыв
Обратная связь
Статьи

Новые материалы

[09-10-2017] Игровые автоматы в хорошем качестве без...

[06-10-2017] На что нужно обратить внимание в игровом...

Контекст:
 

Братья Стругацкие

Повести > Попытка к бегству > страница 21 - Глава 6

Страницы: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30,

Глава 6


    — Смотрите, Антон, — заговорил Саул. — Антон! Он в обмороке, вы видите?
    — Он спит, — сказал Антон. Он внимательно осматривал рану. Рана была рубленая и довольно глубокая. Удар пришелся под ребро и меч расслоил мышцы. Антон облегченно вздохнул. Саул глядел через его плечо, встревоженно сопя.
    — Плохо? — спросил он шепотом.
    — Нет, вздор, — сказал Антон. — Через час все будет в порядке. Он отстранил Саула. — Только вы сядьте, пожалуйста.
    Саул откинулся в кресле и злобно уставился на неподвижного "языка". Антон неторопливо расстегнул мешок, вытащил банку с коллоидом и густо залил рану. Оранжевое желе сразу стало розовым, подернулось розовыми стрелочками — как пенка на молоке. Вот кровь, подумал Антон. Здоровенный парень Димка! Он посмотрел на лицо Вадима. Оно было немного бледнее обычного, но такое же спокойное и умиротворенное как всегда, когда он спал. И дышал он, как всегда, носом — глубоко, бесшумно и просторно. Антон положил пальцы по сторонам раны и закрыл глаза.
    Простейшие приемы психохирургии входили в подготовку звездолетчика. Практически каждый пилот умел вскрыть и срастить живую ткань, используя психодинамический резонанс. Это требовало большого напряжения и сосредоточенности. В стационарных условиях применялись нейрогенераторы, а в поле приходилось делать это по-знахарски, и каждый раз Антон жалел знахарей. Словно сквозь сон Антон слышал, как позади тяжело вздыхает и ворочается Саул, и бормочет, всхлипывая, пленник. От пленника в кабине стоял неприятный кислый дух.
    Антон открыл глаза. Рана затянулась, выдавив коллоид, — теперь это был просто розовый шрам. Пожалуй, хватит, подумал Антон. Иначе не смогу вести глайдер. Он был весь мокрый.
    — Ну, вот и все, — сказал он, переводя дыхание.
    Саул приподнялся и посмотрел на рану.
    — Черт знает что, — проворчал он. — Как вы это делаете?
    Антон огляделся и вздрогнул. Снаружи к фонарю прильнули страшные лица, тощие, с ввалившимися щеками, оскаленные. В этом была какая-то древняя исконная жуть: словно мертвецы заглядывали в твой дом. У Антона мороз пошел по коже. Саул сдвинул мохнатые брови и погрозил пальцем. По спектролиту бесшумно застучали костлявые кулаки.
    — Домой идите! Домой! — громко сказал Саул. Антон стал одевать Вадима.
    — Сейчас полетим, — сказал он.
    — Вы их всех поубиваете.
    Антон покачал головой и перебрался на место водителя. Глайдер дрогнул и начал медленно подниматься. Лица за фонарем пропали. Длинная костлявая рука с обломанными ногтями скользнула по спектролиту и тоже пропала.
    Развернув глайдер на пеленг "Корабля", Антон дал полный ход. Он спешил — была уже полночь.
    — Что они в нем нашли, — пробормотал Саул. — Эсэсовец, животное, я сам видел, как он колол их пикой — подгонял.
    Антон промолчал.
    — О господи! — сказал Саул. — Сколько на нем всякой гадости. Так и ползают…
    — Что ползает?
    — Что-то вроде вшей. Надо сначала его вымыть и все продезинфицировать…
    Вот и еще одно дело, подумал Антон. Саул, словно угадав его мысли, добавил:
    — Ничего, я сам этим займусь. Только бы он не сдох с непривычки.
    Антон вел глайдер на максимальной скорости, держась метрах в ста над землей. Маленькая яркая луна стояла почти в зените, красный серп давно зашел, а навстречу из-за белого горизонта поднималась третья луна, розовая и сплющенная. Вадим пошевелился, громко зевнул и, пробормотав: "Ты меня залечил?" — снова заснул.
    — Что он делает? — спросил Антон. Он устал, ему не хотелось оборачиваться.
    — Кто?
    — "Язык".
    — Лежит. Воняет. Давненько не слыхал этого запаха…
    Давненько, подумал Антон. Я вообще никогда не слыхал. И не хотел бы… Саул прав: зря мы ввязались в эту историю. Саул умница. Это действительно система. Культура рабовладения. Рабы и господа. Правда, я думал, что верные рабы встречаются только в плохих книжках… Верный раб — какая это гадость! Ну ладно, дело сделано, отступать поздно и глупо. По крайней мере мы все узнаем наверняка. Да и не в этом суть… Если бы даже я сразу понял, что здесь происходит, все равно я не смог бы повернуться спиной… К котловану, где машины давят людей… К загаженному поселку… Интересно, потерпит ли мировой совет существование планеты с рабовладельческим строем?
    Он вдруг ощутил всю громадность проблемы. Никогда еще не было такой альтернативы: вмешиваться или не вмешиваться в судьбу чужой планеты? Жители Леониды и Тагоры слишком далеки от людей. Психология леонидян до сих пор загадка и никто не скажет, какой там общественный строй… А гуманоиды Тагоры хотят от природы так мало, что вообще непонятно, как они доросли до создания своей техники… Но здесь, на Сауле, совсем другое дело. Нигде больше общественные отношения не принимают такой уродливой и в то же время, по-видимому, такой необходимой формы… Родной брат человечества — очень юный, очень незрелый и очень жестокий… И вдобавок ко всему эти дурацкие машины пришельцев…
    Далеко впереди на голубой равнине показалась маленькая черная точка. Вот и "Корабль", подумал Антон. А возле, под снегом, мертвые. Как странно, всего день прошел, а я уже привык. Точно всю жизнь ходил среди голых мертвецов в снегу. Легко привыкает человек. Психическая аккомодация. Странно. Может быть, дело в том, что они все-таки чужие. Может быть, на Земле я сошел бы от всего этого с ума. Нет, просто я отупел…
    Снижая скорость, он сделал круг над "Кораблем". "Корабль" выглядел ободряюще — знакомый черный конус над голубыми холмами. И две резкие тени от него — короткая черная и длинная розоватая. Глайдер опустился перед входом. Снег смерзся вокруг "Корабля" в сплошное ледяное поле. Антон похлопал Вадима по колену.
    — Ну что, что, — сонно спросил Вадим.
    — Подъем…
    — А ну тебя…
    — Вставай, Димка. Пойдем на "Корабль".
    — Сейчас, — сказал Вадим и зачмокал. — Еще минуточку…
    — Пощекотать его? — деловито предложил Саул.
    Вадим сразу открыл глаза и поднялся.
    — Ага, это "Корабль"… Понимаю.
    Они вылезли на твердый скользкий снег. От морозного воздуха захватило дух. Было слышно, как Вадим стучал зубами. Саул придерживал "языка" за шиворот. Что думает сейчас этот бедняга? — подумал Антон.
    — Вы поднимайтесь, — сказал Саул, — а я его прямо в душевую.
    Они вошли в корабль, зарастили люк, и Антон, подталкивая Вадима, стал подниматься в кают-кампанию. Вадим, постукивая зубами, дремал. Внизу страшно заорал пленник. Вадим встрепенулся.
    — Чего они там? — тревожно спросил он.
    — Мыть повели, — объяснил Антон. — Он весь в паразитах.
    Послышался голос Саула:
    — Добром иди, небось не сдохнешь…
    Дверь душевой хлопнула. Они вошли в кают-кампанию и разом повалились в кресла.
    — Милый, добрый "Корабль", — сказал Вадим. — Как хорошо, как чисто…
    Антон лежал с закрытыми глазами.
    — Болит? — спросил он.
    — Чешется…
    — Значит, все хорошо… Слушай, что тебе нужно для работы?
    — Вычислитель, — сказал Вадим. — Половина памяти. Оба анализатора. Побольше кофе и какой-нибудь вкусной еды для "языка". Через два часа он будет сидеть здесь за столом и беседовать с тобой о смысле жизни.
    Снизу опять донесся вопль, возня и шлепанье босых ног.
    — Куда? — взревел Саул. — На место… Дай сюда!


 

© 2009-2017 сайт посвящен творчеству Аркадия и Бориса Стругацких

Главная | Аркадий | Борис | Биография | Отзывы | Обратная связь