Братья Стругацкие - романы, повести, рассказы  
Главная
Аркадий Стругацкий
Борис Стругацкий
Общая биография
Оставить отзыв
Обратная связь
Статьи

Новые материалы

[29-04-2017] Бесплатные игровые слоты Deluxe Slots

[26-04-2017] Самые крутые игровые автоматы на деньги в...

[22-04-2017] Три счастливые семерки – онлайн клуб Вулкан

[21-04-2017] Зачем нужна регистрация на официальном сайте...

Контекст:
 

Братья Стругацкие

Романы > Гадкие лебеди > страница 28 - Глава 8

Страницы: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 31, 32, 33, 34, 35, 36, 37, 38, 39, 40, 41, 42, 43, 44, 45, 46, 47, 48, 49, 50, 51,

Глава 8


    В восемь вечера Виктор спустился в ресторан и направился было к своему столику, где уже сидела обычная компания, когда его окликнул Тэдди.
    — Здорово, Тэдди, — сказал Виктор, привалившись к стойке. — Как дела? — Тут он вспомнил. — А! Счет… Сколько я вчера?
    — Счет — ладно, — проворчал Тэдди. Не так уж много — разбил зеркало и своротил рукомойник. А вот полицмейстера ты помнишь?
    — А что такое? — удивился Виктор.
    — Я так и знал, что ты не помнишь, — сказал Тэдди. — Глаза у тебя были, брат, что у вареного порося. Ничего не соображал… Так вот, ты, — он уставил Виктору в грудь указательный палец, — запер его, беднягу, в сортирной кабинке, припер дверцу метлой и не выпускал. А мы-то не знали, кто там, он только что приехал, мы думали, Квадрига. Ну, думаем, ладно, пусть посидит… А потом ты его оттуда вытащил, стал кричать: ах, бедный, весь испачкался! И совать его головой в рукомойник. Рукомойник своротил, и мы еще тебя, брат, оттащили.
    — Серьезно? — сказал Виктор. — Ну и ну. То-то он сегодня на меня весь день волком смотрит.
    Тэдди сочувственно покивал.
    — Да, черт возьми, неудобно, — проговорил Виктор. — Извиниться надо бы… Как же он мне позволил? Ведь крепкий еще мужчина…
    — Я боюсь, не пришлось бы тебе худо, — сказал Тэдди. — Сегодня утром тут уже ходил легавый, снимал показания… Шестьдесят третья статья тебе обеспечена — оскорбительные действия при отягчающих обстоятельствах. А может и того хуже. Террористический акт. Понимаешь, чем пахнет? Я бы на твоем месте… — Тэдди помотал головой.
    — Что? — спросил Виктор.
    — Говорят, сегодня к тебе бургомистр приходил, — сказал Тэдди.
    — Да.
    — Ну и что же он?
    — Да, чепуха. Хочет, чтобы я статью написал. Против мокрецов.
    — Ага! — сказал Тэдди и оживился. — Ну, тогда и в самом деле чепуха. Напиши ты ему эту статью, и все в порядке. Если бургомистр будет доволен, полицмейстер и пикнуть не посмеет, можешь его тогда каждый день в унитаз заталкивать. Он у бургомистра вот где… — Тэдди показал громадный костлявый кулак. — Так что все в порядке. Давай я тебе по этому поводу налью за счет заведения. Очищенной?
    — Можно и очищенной, — сказал Виктор задумчиво.
    Визит бургомистра представился ему в совсем новом свете. Вот как они меня, подумал Виктор. Да-а… Либо убирайся, либо делай, что велят, либо мы тебя окрутим. Между прочим, убраться тоже будет нелегко. Террористический акт, разыщут. Экий ты, братец, алкоголик, смотреть противно. И ведь не кого-нибудь, а полицмейстера. Честно говоря, задуманно и выполнено неплохо. Он не помнил ничего, кроме кафельного пола, залитого водой, но очень хорошо представлял себе эту сцену. Да, Виктор Банев, порося ты мое вареное, оппозиционно-кухонный, и даже не кухонный, прибанный, любимец господина Президента… Да, видно пришла и тебе пора продаваться. Роц-Тусов, человек опытный, по этому поводу говорит: продаваться надо легко и дорого — чем честнее твое перо, тем дороже оно обходится власти имущим, так что и продаваясь ты наносишь ущерб противнику, и надо стараться, чтобы ущерб этот был максимальным. Виктор опрокинул рюмку очищенной, не испытав при этом никакого удовольствия.
    — Ладно, Тэдди, — сказал он. — Спасибо. Давай счет. Много получилось?
    — Твой карман выдержит, — ухмыльнулся Тэдди. Он достал из кассы листок бумаги. — Следует с тебя: за зеркало туалетное — семьдесят семь, за рукомойник фарфоровый большой — шестьдесят четыре, всего, сам понимаешь, сто сорок один. А торшер мы списали на ту драку… Одного не понимаю, — продолжал он, следя, как Виктор отсчитывает деньги. — Чем это ты зеркало раскокал? Здоровенное зеркало, в два пальца толщиной. Головой ты в него бился, что ли?
    — Чьей? — хмуро спросил Виктор.
    — Ладно, не горюй, — сказал Тэдди, принимая деньги. — Напишешь статеечку, реабилитируешься, гонорарчик отхватишь, вот и все окупится. Налить еще?
    — Не надо, потом… Я еще подойду, когда поужинаю, — сказал Виктор и пошел на свое место.
    В ресторане все было как обычно — полутьма, запахи, звон посуды на кухне, очкастый молодой человек с портфелем, спутником и бутылкой минеральной воды; согбенный доктор Р. Квадрига, прямой и подтянутый, несмотря на насморк, Павор, расплывшийся в кресле Голем с разрыхленным носом спившегося пророка. Официант.
    — Миноги, — сказал Виктор. — Бутылку пива. И чего-нибудь мясного.
    — Доигрались, — сказал Павор с упреком. — Говорил я вам — бросьте пьянствовать.
    — Когда это вы мне говорили? Не помню.
    — А до чего ты доигрался? — осведомился доктор Р. Квадрига. — Убил, наконец, кого нибудь?
    — А ты тоже ничего не помнишь? — спросил его Виктор.
    — Это насчет вчерашнего?
    — Да, насчет вчерашнего… Напился как зюзя, — сказал Виктор, обращаясь к Голему, — загнал господина полицмейстера в клозет…
    — А-а! — сказал Р. Квадрига. — Это все вранье. — Я так и сказал следователю. Сегодня утром ко мне приходил следователь. Понимаете — изжога зверская, голова трещит, сижу, смотрю в окно, и тут является эта дубина и начинает шить дело…


 

© 2009-2017 сайт посвящен творчеству Аркадия и Бориса Стругацких

Главная | Аркадий | Борис | Биография | Отзывы | Обратная связь