Братья Стругацкие - романы, повести, рассказы  
Главная
Аркадий Стругацкий
Борис Стругацкий
Общая биография
Оставить отзыв
Обратная связь
Статьи

Новые материалы

[21-05-2017] Уникальные слоты GMSlots на официальном...

[17-05-2017] Не хотите сыграть в автоматы вулкан на...

[16-05-2017] Играем бесплатно в казино Vulkan на оф. сайте

[15-05-2017] Официальный сайт казино Вулкан Ставка

Контекст:
 

Братья Стругацкие

Киносценарии > Машина желаний > страница 6

Страницы: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11,


     — Вот так вот оно и бывает, — говорит он. — Только вот взвизгнуть ты на самом деле не успеешь… В штаны не наложил?
    Антон медленно распрямляется.
     — Что это было? — с ужасом спрашивает он, ощупывая затылок.
     — Это я тебе хотел показать, как бывает, — объясняет Виктор. — Неужели и тут не понял? Ну что, по морде тебе дать? Самоубийца…
     — Не надо, — отвечает Антон, облизывая губы. — Понял.

    Они бредут через свалку, по слежавшимся грудам мусора, мимо облупленных и ржавых ванн, расколотых унитазов, мимо покореженных автомобильных кузовов… блестит битое стекло, валяется мятый электрический самовар, кукла с оторванными ногами, рваное тряпье, россыпи ржавых консервных банок…
    Впереди опять идет Антон, лицо у него злое и напряженное, губы кривятся. Он шепчет сквозь зубы:
     — Опять дерьмо… и опять дерьмо… и всюду дерьмо… и даже здесь дерьмо… дерьмо, и только дерьмо, и ничего, кроме дерьма, и да поможет мне Бог! Аминь.
    Посвистывает ветер, катит мятую бумагу, вздымает клубочки пыли. На небе появились облака, они временами закрывают солнце.
    Идет Профессор, сосредоточенно глядя себе под ноги. Лицо у него спокойное и даже какое-то умиротворенное. Он меланхолически декламирует вполголоса:
     — Кто знает, что ждет нас? Кто знает, что будет? И сильный будет, и подлый будет. И смерть придет и на смерть осудит. Не надо в грядущее взор погружать… Не надо в грядущее взор погружать.
    Идет Виктор. Он ничего не шепчет. Он работает: взгляд прямо, взгляд вправо, взгляд влево, взгляд вниз… Время от времени он поднимает над головой руку и снова шевелит пальцами, словно бы что-то ощупывая в воздухе. Очень не нравится ему эта свалка.
    И вот в равномерный шум ветра вмешивается новый, посторонний звук. Какое-то тиканье. Стрекотание какое-то. Виктор останавливается и наклоняет голову, прислушиваясь. Стрекотание постепенно усиливается, словно приближается.
     — Стой! — командует Виктор.
    Все замирают на месте. И вдруг слева, над кучками мусора возникает из ничего темный полупрозрачный вертящийся столб. Он похож на маленький смерч, но это не смерч. Он похож на "пылевого чертика", но это и не "чертик". Он неподвижно стоит, крутясь вокруг оси, над кучей битых бутылок, и от него исходит шуршащее металлическое стрекотание, как будто стрекочет гигантский кузнечик. Виктор, не шевелясь, только скосив глаза, наблюдает за ним. Призрачный столб вдруг сдвигается с места и, описывая замысловатую кривую, скатывается с кучи мусора и проходит между Антоном и Профессором.
     — Стоять! Стоять! Не шевелиться! — хриплым шепотом кричит Виктор.
    Крутящийся столбик на мгновение задерживается возле Профессора и легко уходит вправо в заросли пыльных лопухов, тая, рассеиваясь, распадаясь на ходу. Стрекотанье, достигнув нестерпимо высокой ноты, обрывается.
    Все стоят неподвижно. А вокруг снова тишина, только посвистывает ветер и шуршит мятая грязная газета, обмотавшаяся вокруг ноги Профессора.
     — Вперед, — говорит Виктор и прокашливается.
    Но двое впереди не двигаются.
     — Погодите, шеф, — говорит Антон. — Ноги что-то шалят…
     — Что это было? — спрашивает Профессор, не оборачиваясь.
    Антон нервно хихикает, а Виктор говорит:
     — Не знаю я… Было и прошло, и слава богу. Вперед, вперед! Скоро привал! — И шипит, озираясь: — Экое дрянное место!
    Они расположились в тени церквушки на окраине поселка. Виктор разливает в протянутые стаканчики спиртное. Все выпивают и принимаются за еду.
     — Как у вас аппетит, Профессор? — спрашивает Антон, с отвращением откусывая от крутого яйца.
     — Признаться, тоже неважно, — отзывается тот.
     — Пива бы сейчас, — вздыхает Антон. — Холодненького! В глотке пересохло.
    Виктор сейчас же разливает еще по стопке. Он единственный из троих, кто ест и пьет с аппетитом. Профессор осторожно спрашивает его:
     — Далеко нам еще?
    Виктор долго молчит, а потом угрюмо отвечает:
     — Не знаю.
     — А по карте?
     — А что по карте? Масштаба там нет. Стервятник обернулся за двое суток, так то Стервятник…
     — Кто это такой — Стервятник? — спрашивает Антон.
    Виктор усмехается, неторопливо закуривает.
     — Стервятник — это, брат, не нам чета. Последний из стариков. С первых же дней начал, меня водил, когда я подрос. Большой был человек. Ас.
     — А почему — был? — спрашивает Антон.
    Виктор продолжает, как бы не слыша вопроса.
     — И большая была сволочь. Сколько он новичков загубил! Уходили вдвоем-втроем, а возвращался один. Вот вам бы с ним сходить… — Он неприятно смеется, переводя взгляд с Профессора на Антона и обратно. — А впрочем, досюда вы бы и с ним дошли. Ладно! — обрывает он себя. — Вы как хотите, а я приспну. Да не галдите здесь. И из тени не выходите.
    Виктор спит, положив голову на рюкзак, а Профессор с Антоном, прислонившись спинами к кирпичной стене церкви, курят и беседуют.
     — А что с ним все-таки случилось, с этим Стервятником? — спрашивает Антон.
     — Он был единственным человеком, который добрался до Золотого Круга и вернулся, — отзывается Профессор. — Легенда существует много лет, но Стервятник первый подтвердил эту легенду. Вернувшись, он в два дня невероятно, невообразимо разбогател… — Профессор замолкает.
     — Ну?
     — А потом вдруг повесился.
     — Почему?
    Профессор пожимает плечами.
     — Это какая-то темная история. Он собирался снова идти к Золотому Кругу, вдвоем с нашим Виктором. Виктор пришел к нему в назначенное время, а тот висит, и на столе карта и записка с пожеланием всяческих успехов.
    Антон с сомнением смотрит в сторону похрапывающего Виктора.
     — А может быть, наш шеф его… того?
     — Все может быть, — легко соглашается Профессор.
    Некоторое время они молча курят.
     — А как вы полагаете, Профессор, этот самый Золотой Круг — действительно Машина Желаний?
     — Стервятник разбогател. Он всю жизнь мечтал быть богатым.
     — И повесился…
     — И повесился. Тут нет никакого противоречия. Просто на самом деле человек никогда не знает, чего он хочет. Человек — существо сложное. Голова его хочет одного, спинной мозг — другого, а душа — третьего… И ни один человек не способен в этой каше разобраться.
     — Это верно, — говорит Антон. — Это очень верно вы говорите. Давеча вот я сказал вам, что иду сюда за вдохновением… Вранье это. Плевал я на вдохновенье…
    Профессор с любопытством смотрит на него. Антон, помолчав, продолжает:
     — Нет, это не объяснить. Может быть, и в самом деле за вдохновеньем. Откуда я знаю, как назвать то, чего я хочу? И откуда мне знать, что я действительно не хочу того, чего я не хочу? Это какие-то чертовски неуловимые вещи: стоит их назвать, и они пропадают… Как тропическая медуза — видели? В воде волшебный цветок, а вытащишь — комок мерзкой слизи… А вы тоже не знаете?
     — Не знаю. Знаю только, что надо многое менять, что так дальше продолжаться не может… Нет, не знаю. Иду за знанием.
     — Во многие знания — многие печали… — бормочет Антон.
     — Тоже верно, — со вздохом говорит Профессор. — Давайте считать, что я иду ставить эксперимент — чисто, точно, однозначно… Просто научный эксперимент, связанный с неким фактом. Понимаете?
     — Нет, — говорит Антон. — По-моему, фактов не бывает. Особенно здесь, в Зоне. Здесь все кем-то выдумано. Чья-то бесовская выдумка… Нам всем морочат голову. Кто — непонятно. Зачем — непонятно…
     — Вот и хотелось бы узнать: кто и зачем.
     — А кому это надо? Надо ведь совсем другое. Что толку, если вы и узнаете? Чья совесть от этого станет чище? Чья совесть от этого заболит? Чья душа найдет покой от этого?


 

© 2009-2017 сайт посвящен творчеству Аркадия и Бориса Стругацких

Главная | Аркадий | Борис | Биография | Отзывы | Обратная связь