Стажеры > страница 7

    — Придется все-таки ночевать в гостинице, — сказал Юра со вздохом. — Пойду возьму номер.
    По тропинке приближался, суетливо перебирая коротенькими ножками, толстенький, шикарно одетый человек в пробковом шлеме. Лицо у него было припухшее, с припухшими глазками. Под левым глазом темнела круто запудренная ссадина. Не доходя десяти шагов до Ивана, человек сорвал с головы шлем и, согнув туловище почти пополам, торопливо проскочил в кафе. Иван вежливо ему поклонился.
    — Что это он так? — с изумлением спросил Юра.
    — Пойдем, пойдем, — сказал Иван. — Нам по дороге.
    — Минуточку, — сказал Юра. — Я только расплачусь.
    — Я уже расплатился, — сказал Иван. — Пошли.
    — Нет, зачем же, — сказал Юра с достоинством. — Деньги у меня есть… Нам всем выдали…
    Иван оглянулся на кафе.
    — А этот подхалимчик, — сказал он, — это мой добрый знакомый. Краса и гордость международного порта Мирза-Чарле. — Юра тоже оглянулся. "Краса и гордость Мирза-Чарле" уже взгромоздился на высокий табурет перед стойкой. — Король стинкеров . Подпольный вербовщик. Самый процветающий мерзавец в городе. Два дня назад напился как свинья и приставал к девушке на улице. Тут я его побил немножко. Теперь он со мной очень любезен.
    Они не спеша шли по тенистому зеленому переулку. Стало прохладно. С проспекта Дружбы доносился слитный гул моторов.
    — А кого он вербует? — спросил Юра.
    — Рабочих, — ответил Иван. — Между прочим, кто тебя рекомендовал на Рею?
    — Нас рекомендовал наш завод, — сказал Юра. — А что это за рабочие? Неужели наши вербуются?
    Иван удивился.
    — Ну зачем же наши? Ребята с Запада. Всякие бедняги, которые с детства думают о старости и мечтают быть какими-нибудь хозяевами. Таких там еще много. Слушай-ка, Юра, — сказал он, — а если ты не доберешься до Реи? Что тогда?
    — Ну что вы, — сказал Юра. — Я обязательно доберусь до Реи. Это ж будет очень нехорошо перед ребятами, если я не доберусь. Нас было сто пятьдесят добровольцев, а выбрали только одиннадцать. Как же я могу не добраться? Надо добраться.
    Некоторое время они шли молча.
    — Ну вот они вербуются, — сказал Юра. — А потом куда?
    — Потом их сажают на корабли и отправляют на астероиды. Вербовщики получают с каждой головы, посаженной в трюм. Поэтому они под видом всяких торговых агентов околачиваются в Мирза-Чарле. И на других международных ракетодромах.
    Они вышли на проспект Дружбы и повернули к гостинице. У большого белого дома Иван остановился.
    — Мне сюда, — сказал он. — До свидания, Юра Бородин.
    — До свидания, — сказал Юра. — Большое спасибо. И простите, что я наговорил ерунды там, в кафе.
    — Ничего, — сказал Иван. — Главное, искренне было сказано.
    Они пожали друг другу руки.
    — Послушай, Юра, — сказал Иван и замолчал.
    — Да? — сказал Юра.
    — Насчет Реи, — сказал Иван. Он снова помолчал, глядя в сторону. Юра ждал. — Так вот, насчет Реи. Зайди-ка ты, брат, сегодня часов этак в девять вечера в триста шестой номер гостиницы.
    — И что? — спросил Юра.
    — Что из этого получится, я не знаю, — сказал Иван. — В этом номере ты увидишь человека, очень свирепого на вид. Попробуй убедить его, что тебе очень нужно на Рею.
    — А кто он такой? — спросил Юра.
    — До свидания, — сказал Иван. — Не забудь: номер триста шесть, после девяти.
    Он повернулся и скрылся в белом здании. У входа в здание висела черная пластмассовая доска с белой надписью:
    "Штаб патрулей порядка. Мирза-Чарле".
    — Номер триста шесть, — повторил Юра. — После девяти.