Братья Стругацкие - романы, повести, рассказы  
Главная
Аркадий Стругацкий
Борис Стругацкий
Общая биография
Оставить отзыв
Обратная связь
Статьи

Новые материалы

[17-09-2017] Простой вывод выигранных денег в клубе Вулкан

[08-09-2017] Магия комбинации бесплатных игровых...

Контекст:
 

Братья Стругацкие

Повести > Дни затмения > страница 10

Страницы: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16,


    — Это детская, ясно… — говорил мальчик, подшмыгивая носом. — Твоего Петьки комната? Ничего себе комнатка — светлая, квадратная… Ага. Это у тебя санузел. А почему ванна грязная? Ванну надо мыть — и до, и после… И полотенца небось месяц не стираны… Кухня. Ясненько… — в кухне мальчик чуть задержался, искоса поглядел на стол (пустое блюдце, обсосанный кусочек сахара, чашка, а горбуна, разумеется, и в помине нет), но ничего не сказал, проследовал на балкон. — Здесь что? Ага, здесь затмение… Хорошо. И балкон у тебя хороший, только бутылки надо вовремя сдавать… — он вернулся в кухню и снова задержался у стола. — А этот… Ушел, что ли? Давно?
    Малянов обрел наконец дар речи:
    — Послушай-ка, — сказал он. — Кто тебя подослал?
    — А в общем-то, ушел — и слава богу, — сказал мальчик, не обращая внимания на вопрос. — Главное, что его тут нет. И воздух чище. Ты знаешь, ты с ним лучше не связывайся Ты вообще с ними не связывайся…
    — С нем?!
    — Тебе-то, может, и ничего не будет, а вот меня они не пожалеют…
    Тут Малянов поймал его за плечи и, усевшись, поставил у себя между колен.
    — А ну, давай рассказывай все, что знаешь!
    Но мальчик вывернулся. Он не хотел стоять (по-сыновьи) между маляновских колен.
    — А я еще меньше твоего знаю, — сказал он небрежно. — Да тут и знать-то нечего. Сказано тебе: прекрати, вот и прекращай. А то грамотные все очень стали, рассуждают все: что да как… А тут, знаешь, рассуждать нечего. Тут — закон джунглей. Или ты ложись на спинку и лапки кверху, или… это… не жалуйся.
    Малянов поднялся.
    — Пойдешь со мной, — объявил он.
    — Куда это?
    — Пошли, — сказал Малянов, беря мальчика за плечо.
    Мальчик послушно позволил вывести себя в прихожую, подождал, пока Малянов отворит наружную дверь, и тут вдруг словно взорвался.
    Он мигом вскарабкался по Малянову, как кот по столбу, и принялся лупить его коленками, кулаками, локтями, драл его ногтями и все норовил прихватить зубами щеку или ухо. При этом он орал. Он ужасно орал, выл и верещал, как истязуемый:
    — Ой, дяденька, не надо! Ой, больно! Ой, я больше не буду! Дяденька! Не надо! Это не я! Это не я! Не бей меня, я больше не буду!..
    Малянов шарахнулся, пытаясь отодрать от себя этого маленького дьявола, но тщетно. Мальчишка дрался и орал как оглашенный, а по всей лестнице уже захлопали двери, зашаркали шаги.
    — Что там такое?.. — раздавались голоса. — Что случилось? У кого это? Кажется, ребенок…
    Малянов ввалился обратно в квартиру, и мальчишка тут же очень ловко ногой захлопнул входную дверь. Потом он отпустил Малянова, легко соскользнул на пол, шмыгнул носом.
    — Вот так-то лучше, — сказал он как ни в чем не бывало. — А то выдумал — милицию в это дело впутывать. Это же дело деликатное, неужели до сих пор не ясно? Посадят тебя в психушку — и все дела. Не балуй, дядя!
    И он не спеша, руки в карманы, проследовал в маляновский кабинет. Огляделся там. Подошел к столу, вскарабкался в маляновское рабочее кресло, небрежно перебросил несколько листков.
    — Все истину ищешь… — пробормотал он осуждающе. — Гармонию!.. Не подпирай стенку, сядь. Придется мне вогнать тебе ума в задние ворота… Это кто? — он выкопал из бумаг фотографию мальчика под стеклом на подставочке. — А, Петька… Сын, стало быть. Вот ты гармонию ищешь, — обратился он к Малянову проникновенно, — а понимаешь ли ты, что вот сына твоего не тронут, это, видите ли, дешевый прием, запрещенный, видите ли… Тебя самого, скорее всего, тоже не станут уничтожать, хотя это вопрос более сложный… А вот со мной церемониться не будут!
    — Почему? — спросил очень маленький и очень тихий Малянов, сидящий на краешке тахты у двери.
    — А чего со мной церемониться? Кто я такой, чтобы со мной церемониться? Нет, со мной церемониться не будут, не надейся! Ты будешь искать здесь вечную гармонию, весь такой погруженный в мир познания, а меня тем временем… — он не закончил, сполз с кресла и пошел наискосок через комнату к книжным полкам. — А меня тем временем за это, то есть за искания твои, истины… Вот! — он перелистнул том Достоевского: — "Да не стоит она (то есть твоя гармония, дяденька) слезинки хотя бы одного только того замученного ребенка!" Помнишь, откуда? "Братья Карамазовы". Это Иван говорит Алеше. "И если страдания детей пошли на пополнение той суммы страданий, которая необходима была для покупки истины, то я утверждаю заранее, что вся истина не стоит такой цены". Вот сказал так сказал! На сто лет вперед сказал! А может, и на двести? Ведь слова-то никогда и ничего не решали… — он захлопнул книгу и вдруг попросил: — Кушать хочу! Кушинькать!..


 

© 2009-2017 сайт посвящен творчеству Аркадия и Бориса Стругацких

Главная | Аркадий | Борис | Биография | Отзывы | Обратная связь